Молдова находится на пороге локдауна. По крайней мере, об этом заявляет временно исполняющий обязанности премьер-министра Аурелиу Чокой, который не исключает, что может попросить парламент ввести чрезвычайное положение в ближайшие дни, как это было весной прошлого года. Поводом для такого решения стало сообщение о том, что в республике предварительно подтверждено наличие британского штамма коронавируса, который является гораздо более заразным.
Аурелиу Чокой говорит, что эпидемиологическая ситуация в стране стремительно ухудшается. Ежедневно растет количество людей, у которых диагностируют COVID-19. В эфире одной из телепередач врио премьер-министра заявил, что готов потребовать введения жесткого карантина в Молдове, как это было в прошлом году, в начале пандемии.
«Мы находимся на пороге того, чтобы потребовать локдауна. Это невозможно сделать только с помощью полиции, личный состав Национальной армии также должен быть обучен, это можно сделать только путем объявления чрезвычайного положения, что может сделать только парламент. Я собираюсь провести консультации с Постоянным бюро парламента», — отметил Аурелиу Чокой.
Премьер признает, что жесткие ограничения подвергнут испытанию экономику страны и ударят по бюджету, но введение чрезвычайного положения значительно сократит количество инфицированных. Более того, Чокой убежден, что всплеск заражений вызван тем, что в Молдову проник новый британский штамм, гораздо более опасный и заразный.
«Образцы, взятые у наших пациентов, были отправлены в несколько лабораторий в Германии. Есть предварительный ответ, подтверждающий британский штамм. Ждем официального ответа на бумаге», — рассказал временно исполняющий обязанности главы кабмина.
Ранее официальные лица заявляли, что молдавские лаборатории не могут выявить новый штамм вируса. И с момента его обнаружения в страну ежедневно въезжали молдаване, прибывшие из Великобритании.
Напомним, весной прошлого года в Молдове было введено чрезвычайное положение на 60 дней. Люди оставались в домах, границы были практически закрыты, была приостановлена хозяйственная деятельность, работали только аптеки и продуктовые магазины. Ограничения вызвали недовольство в обществе, после чего последовала серия протестов, которые периодически проходят до сих пор.
