Алина Пали́й, адвокат многодетной женщины, оштрафованной на 25 тысяч леев за предполагаемую электоральную коррупцию, выступила с заявлением. В интервью CANAL5 адвокат утверждает, что дело основано не на прямых доказательствах, а на предположениях и неполной информации из материалов дела.
АЛИНА ПАЛИЙ, адвокат
— В действительности невозможно точно установить, как и где человек оказался в этих списках. А правоохранительные органы, которые должны были прояснить этот аспект с самого начала, даже не захотели выслушать наши доводы, когда мы объяснили им, что указанные лица не являются получателями переводов, в которых их обвиняют. Следователи, обычно районная полиция, даже не собирались углубленно анализировать эти дела. Все они говорили одно и то же: что получили инструкции из Кишинева. Им были присланы списки, и им было поручено наказать лиц, включенных в них.
По ее словам, в деле содержатся только списки телефонных номеров и общие данные о предполагаемых сообщениях, без возможности установить отправителя или проверить, были ли сообщения фактически получены или прочитаны. Адвокат утверждает, что запросы к операторам связи не привели к разъяснениям, поскольку эти данные могут быть предоставлены только правоохранительным органам, и в суде не было представлено никаких убедительных доказательств, подтверждающих обвинения.
АЛИНА ПАЛИЙ, адвокат
— Все эти дела построены на предположениях, на неподтвержденных документах и даже на документах сомнительного содержания, подлинность которых очень трудно проверить. Я, как адвокат, неоднократно запрашивала информацию у операторов мобильной связи, предоставляющих данные правоохранительным органам. Речь шла об информации, согласно которой каждый из оштрафованных лиц получал определенные сообщения на свой номер телефона. Операторы ответили, что не могут предоставить мне эти данные, даже как адвокату, поскольку они предоставляются исключительно правоохранительным органам.
А правоохранительные органы, которые были обязаны уточнить все детали, представили суду только список телефонных номеров и сводную информацию.
Она также утверждает, что лица, фигурирующие в таких делах, в большинстве своем принадлежат к социально уязвимым категориям и могли фигурировать в базах данных получателей компенсаций или социальной помощи, не имея прямой связи с предполагаемыми действиями. В то же время, по словам адвоката, в некоторых случаях полиция действовала на основании списков, полученных с центрального уровня, без индивидуальной проверки. Что касается судебной практики, она утверждает, что более половины дел, которые она вела, были выиграны в суде, особенно в Кишиневе и на юге страны.
Однако на севере, говорит адвокат, решения судов низшей инстанции чаще оспариваются и изменяются в апелляционном порядке, а санкции сохраняются.
АЛИНА ПАЛИЙ, адвокат
— Да, у меня было много таких дел, около 200 протоколов, с которыми я работал. Если говорить в процентах, то я бы сказал, что примерно в 60% случаев я выиграл дело, а примерно в 40% санкции остались в силе. Действительно, отмечается, что на юге страны и в Кишиневе судьи чаще отменяют эти протоколы.
Эти судьи, вероятно, уже устали от таких дел и ставят на первое место собственный анализ доказательств и обстоятельств дела. На севере страны также есть профессиональные судьи, для которых закон и профессиональная репутация важнее любых указаний, которые могут быть им даны. Однако даже когда суды низшей инстанции отменяют протоколы, в большинстве случаев в апелляционных судах на севере эти решения отменяются, и первоначальные протоколы остаются в силе.
Согласно законодательству такого рода, дела больше не могут быть обжалованы в ВСП, отметила Алина Пали́й. Соответственно, решения Апелляционной палаты являются окончательными. В то же время, по запросу Пали́й, поданному от имени суда, Конституционный суд проанализирует, не являются ли штрафы слишком высокими. Если они будут снижены, лица, уже подвергшиеся санкциям, смогут ходатайствовать о снижении штрафов, также заявила Алина Пали́й.
