«Я против», «Нам не нужны румыны» и «Пусть Майя Санду уезжает в Румынию». Так отреагировали жители Комрата после того, как Майя Санду заявила, что проголосовала бы «за» на возможном референдуме за объединение Молдовы с Румынией. Более того, опрошенные нами граждане с опасением восприняли заявление министра иностранных дел Михая Попшоя, который сказал, что объединение может произойти, если Россия приблизится к границам Молдовы. Одни считают, что автономия Гагаузии может быть ликвидирована, другие — что «ничего не произойдет». В целом люди предполагают, что подобные заявления власти делают либо для подготовки населения, либо для оказания политического давления.
— Пусть Санду едет в Румынию, я против.
— А вы как считаете, нужно проводить референдум или это бессмысленно?
— Какой референдум, если она на этом референдуме проголосует за Румынию? Значит, как бы мы ни проголосовали — за или против — она все равно сделает по-своему. Как и на выборах. — — Министр иностранных дел Попшой сказал, что если Россия приблизится к границам Молдовы… Возможно ли это? Никто не знает. Все говорят, что это невозможно, а он считает, что да.— Как вы думаете, если это произойдет, что тогда будет с автономией? — Она сделает все возможное, чтобы наша автономия исчезла.
— Ни в коем случае не хотим. Не хотим. — Скажите, пожалуйста, что вы думаете: Попшой несколько дней назад заявил, что если Россия приблизится к границам Молдовы, то объединение состоится. Как вы думаете, что произойдет с автономией в этом случае?
— Мы не хотим. Мы хотим жить так, как жили. Нам ничего не нужно. Мы не хотим. Мы простые трудящиеся. Хотим жить в гармонии. Как жили раньше.
— В случае объединения с Румынией, что, по-вашему, произойдет с автономией?
— Не знаю, не могу сказать. — Просто представьте. — Не знаю, наверное, что-то произойдет. Ничего хорошего не будет, я так думаю. Но я не хочу, чтобы была война, как в Украине.
— Как оцениваете эту идею? – Негативно. — Почему? — Потому что я считаю Россию ближе к нам. По крайней мере, так же, как США. У меня нет ничего личного против Молдовы. И против молдаван тоже. Но я думаю, что Россия ближе к нам.
— Я совершенно не симпатизирую идее объединения по многим причинам — историческим и нынешним. Было бы хорошо, конечно, чтобы сохранилась государственная целостность.
— Несколько дней назад министр иностранных дел Попшой заявил, что если Россия приблизится к границам Молдовы — правда, я не знаю, как это вообще может произойти, — то объединение с Румынией произойдет автоматически. Как вы думаете, что в этом случае будет с автономией, с Гагаузией? — Я полностью за реформы, которые принесут пользу автономии и, возможно, дадут импульс для ее процветания. Неважно, в каком направлении — европейском или евразийском. В целом было бы неплохо, чтобы существовали диалоги с Евразией и так далее.
— Как вы думаете, почему власти делают такие заявления, учитывая, что большинство людей в Молдове против объединения?
— Принудительные меры — это мое сугубо личное мнение.
— Как вы оцениваете идею объединения с Румынией? — Никак. Не хочу.
— Министр иностранных дел несколько дней назад заявил, что если Россия приблизится к границе Молдовы, то объединение произойдет автоматически, сразу.
— Не знаю. Я не политик. — Как вы в целом относитесь к этому заявлению и к такому сценарию? И что, по-вашему, будет с автономией? — Наверное, автономию ликвидируют.
— Это нужно или нет? И вообще, что вы об этом думаете? — Против, против. Нам не нужны румыны.
— Как вы думаете, несколько дней назад министр иностранных дел Молдовы заявил, что если Россия приблизится к границам Молдовы — правда, никто не знает, как может произойти этот фантастический сценарий, — но если Россия приблизится, то объединение произойдет автоматически, сразу. Что, по-вашему, будет с автономией в этом случае?
— Ничего не будет с автономией. По закону, если Молдова войдет в состав Румынии, Гагаузия имеет право присоединиться к России.
