Факты показывают: обвинение против Евгении Гуцул и Светланы Попан держится на показаниях свидетелей, которые либо не знают подсудимых, либо не подтверждают их вину. Более того, среди «доказательств» оказалось… телешоу. Об этом говорят материалы уголовного дела, насчитывающего почти 70 томов.
Свидетели, которые ничего не знают о Гуцул
В деле фигурируют несколько ключевых свидетелей, чьи показания не только не подтверждают вину обвиняемых, но даже не касаются их деятельности.
Василий Урсаки (журналист Ziarul de Garda) заявил, что не знаком ни с Гуцул, ни с Попан. Его показания касались исключительно деятельности политической партии «Шор». Сам он участвовал в симуляции действий под вымышленным именем. При этом записи его действий были приобщены к делу не полностью, что вызывает вопросы об их редактировании и отборе.
Он подтвердил, что получал 400 леев «вознаграждений», но никто из обвиняемых к этим выплатам отношения не имел.
Татьяна Пуга и Дорин Брынза также не знают Гуцул и Попан. Их показания не содержат никаких указаний на причастность обвиняемых к каким-либо противоправным действиям.
Вопрос: Если свидетели не знают обвиняемых и не подтверждают их вину, на чем тогда строится обвинение?
Показания Павла Постики: Я их не знаю
Павел Постика, заместитель председателя ЦИК, — один из главных свидетелей обвинения. Но и его показания не подтверждают вину Гуцул и Попан.
Он не знаком с обвиняемыми лично. Не помнит их фамилий в финансовых отчетах. Не может подтвердить, что Попан оплачивала продуктовые наборы в Бельцах. Признал, что Гуцул попала в его поле зрения только в 2023 году (уже после событий, по которым ее обвиняют). Подчеркнул, что обвиняемые не подписывали финансовые отчеты и не были казначеями. По его мнению, Гуцул не является ни автором, ни бенефициаром, ни организатором нарушений.
Вопрос: Почему тогда его показания используются против нее?
Телешоу как «доказательство»
Самое абсурдное в этом деле — использование ток-шоу в качестве улики.
Прокуратура приобщила к делу запись передачи «Спросите Гецу», где обсуждалось «сомнительное финансирование партий». В шоу участвовала Марина Таубер, но ее слова не были даны под присягой. Она не давала показаний следствию и ее не допрашивали в суде. Тем не менее, суд принял стенограмму передачи как одно из доказательств, на основании которого Гуцул и Попан получили 6 и 7 лет лишения свободы.
Хочется спросить, а если завтра в другом ток-шоу кто-то скажет, что не знает Гуцул, это тоже станет доказательством? Обвинение против Евгении Гуцул и Светланы Попан построено на показаниях людей, которые их не знают, и «доказательствах», которые не выдерживают даже самой поверхностной критики.
Если суд принимает решения на такой шаткой основе, это ставит под сомнение не только конкретный приговор, но и всю систему правосудия.
Вопрос: за что на самом деле осудили Гуцул?
