Генеральная прокуратура предложила Высшему совету безопасности уточнить, на какие законы и нормативные акты ВСП опирался, когда констатировал, что прокуроры якобы бездействуют, и по этой причине фигуранты дел о коррупции в крупных размерах избегают уголовной ответственности. В этом же обращении Генпрокуратура спрашивает главу Высшего совета безопасности — президента страны Майю Санду, какие конкретно уголовные дела имеются в виду, какие именно органы прокуратуры не исполнили свои обязанности и в каких случаях на них оказывалось внешнее влияние.
Генеральная прокуратура предложила президенту Майе Санду, как главе Высшего совета безопасности, ответить, какой фактологический материал послужил основанием для выводов, сделанных на состоявшемся 10 августа заседания ВСП.
Тогда Высший совет безопасности выступил с заключением, согласно которому, бездействие прокуроров в расследовании громких дел создало для виновных условия, которые позволяют им избежать уголовной ответственности.
В результате, считает ВСБ, преднамеренное затягивание уголовного преследования снижает уровень доверия к правоохранительным органам государства.
Кроме этого Высший совет безопасности потребовал от Генеральной прокуратуры изучить обстоятельства, при которых подозреваемые в коррупции в особо крупных масштабах, избегают наказания, либо покидают страну.
Исходя из этого, Генпрокуратура предлагает главе ВСП ответить:
«Какие именно многочисленные уголовные дела имелись в виду; какие именно
компетентные органы бездействовали; при каких обстоятельствах и в каких случаях происходило вмешательство внешних интересов в их деятельность. Если подобного рода материалы отсутствуют, прокуратура просит со всем уважением разъяснить, на чем основывалось решение ВСБ».
Вместе с тем генеральный прокурор Александр Стояногло утверждает, что в ходе упомянутого заседания Высшего совета безопасности был представлен общий отчет о деятельности Генпрокуратуры, после чего члены Совета затребовали информацию по конкретным делам и выступили с необоснованной критикой в адрес прокуратуры.
Из-за того, что представитель прокуратуры отказался представить индивидуальные данные, дискуссия, по словам Стояногло, перешла в русло интерпретации неофициальной информации и субъективных оценок деятельности учреждения. В этой же связи в обращении изложена просьба дать ответ, какие именно нормативные акты предоставляют Высшему совету безопасности полномочия затребовать от прокурора, в том числе от генерального прокурора, отчет о предпринимаемых действиях и результатах, достигнутых в рамках конкретного уголовного расследования, а также выступать с констатациями об эффективности или неэффективности следствия.
Как заявила нашему телеканалу пресс-секретарь администрации президента, глава государства не дает комментариев на эту тему.
Обострение взаимоотношений между прокуратурой и президентом Майей Санду произошло после того, как парламентская мажоритарная фракция партии «Действие и солидарность» проголосовала за внесение изменений в Закон о прокуратуре, на основании которых генеральный прокурор может быть отправлен в отставку до истечения полномочий в случае негативной оценки его деятельности.
Данные законодательные изменения Генпрокуратура опротестовала в Конституционном суде.
Изначально поправки в вышеупомянутый закон не получили заключения ни в уполномоченных государственных органах, ни в Венецианской комиссии, и вызвали критику со стороны оппозиции, утверждающей, что правящая партия стремится получить карманного генерального прокурора.
Депутаты от ПДС подобные обвинения отвергают.
