И снова о книге Башкана Гагаузии. Ярком и неординарном явлении в Молдове за очень многие годы. Вы можете верить Гуцул или нет, но это в любом случае, на наш взгляд, как минимум, любопытно. Что хотелось ей сказать женщинам, которые перевернули её судьбу, кто вершит мировую историю: Майе Санду и Анне Кучереску? Путину и Европарламенту?
Мы попытались выбрать самое интересное.
Майе Санду, президентке, по заказу которой, как считает Башкан и её сторонники, Гуцул засадили в тюрьму:
«Я сплю на жесткой тюремной койке в камере тюрьмы №13 — тюрьмы, признанной на международном уровне бесчеловечной. Здесь сырость и плесень, по ночам бегают тараканы и мыши. Из окна не видно неба, только бетонную стену с колючей проволокой и сторожевую башню. Я просыпаюсь несколько раз за ночь, потому что иногда слышу мышей. Но совесть моя чиста. … а как вы спите по ночам?», — пишет в своем письме Санду Евгения Гуцул.
«Скромная квартира не делает вас честным человеком, когда вы торгуете интересами страны. Прогулки с палками не делают вас народным лидером, когда вы сажаете избранных народом. Простота в быту — это всего лишь хороший PR и декорация, которая не может скрыть того, что вы делаете со своей страной. Так вот я и спрашиваю: когда вы возвращаетесь в эту свою обычную квартиру, когда ложитесь спать на обычную кровать, когда закрываете глаза, что вы видите? Видите ли вы лица тех, кого посадили за несогласие с вами? Слышите ли голоса тех, чьи жизни сломали ваши решения?», — делится своими размышлениями осужденная глава Гагаузии.
«История рассудит нас обеих. Через двадцать лет в учебниках будет написано: «Майя Санду — президент, которая сажала избранных народом лидеров, запрещала оппозиционные партии, заблокировала десятки телеканалов. При ней инфляция достигала 34%, народ стремительно беднел и бежал из страны, страна погрузилась в экономический крах. При ней демократия умерла под красивые речи о европейских ценностях». Вы хотели войти в историю как реформатор и евроинтегратор. Но войдете как женщина, которая довела народ до нищеты и продала его за страх остаться никем. Когда я закрываю глаза в этой камере, моя совесть чиста. А когда закрываете глаза вы?»,- говорится в письме Гуцул.
Другое письмо предназначено судье Анне Кучереску, которая вынесла приговор в первой инстанции.
Символ правосудия – весы, но «когда я смотрю на материалы дела, я вижу не весы, — пишет Евгения Гуцул, — Я вижу чашу, которая была наполнена до того, как началось взвешивание. Ни одного прямого доказательства моей вины. Свидетели обвинения — люди, которые меня в глаза не видели до суда. Даты не сходятся. Показания противоречат друг другу. Однажды вы рассмотрели 28 томов дела за час. Выходит, чуть больше двух минут на том. 120 секунд на сотни страниц показаний, документов, экспертиз. Знаете, что было на моей чаше весов на самом деле? Двое детей. Чистая биография до этого дела. Работа на благо Гагаузии, которую признавали даже оппоненты. Сотни людей, готовых дать мне характеристику. А на чаше обвинения? «Совокупность косвенных доказательств». И весы показали семь лет. Что ж: либо весы сломаны, либо кто-то держал палец на чаше».
Далее Башкан пишет, что не просит судью пересмотреть приговор, потому это бесполезно: она уже получила свои «бонусы» за это дело — повышение, благодарность, признание…
«Семь лет. До сих пор не могу осмыслить эту цифру как человеческую реальность. Это не просто срок — это не только семь лет моей жизни и жизни моих детей, но и вашей, между прочим, тоже. Семь лет вы будете каждый день встречать в подъезде Даню и Марка, смотреть, как они взрослеют без меня. … Я просто хочу, чтобы вы знали: у каждого решения есть последствия. И последствия вашего решения живут на восьмом этаже. Они каждое утро спускаются мимо вашей двери. У них есть имена — Даниил и Марк», — у нас мурашки от этих слов, а у вас?
И еще одно письмо из 30 – Европарламенту.
В нем Евгения Гуцул задается депутатам ЕС вопрос: что для вас настоящие европейские ценности?
«Для меня это место, где ты можешь не соглашаться с властью и не сесть за это в тюрьму. Где суды независимы от правительства. Где тебя не судят по законам, придуманным задним числом. Где национальные меньшинства защищены, а не наказаны за свой выбор. Но то, что происходит в Молдове при Майе Санду, — это не европейские ценности. Это их имитация»,- пишет Гуцул. И призывает еврочиновников защитить настоящие европейские ценности. Те самые, которыми Европа гордилась веками и за которые боролись поколения европейцев.
«Не позволяйте Молдове стать прецедентом для уничтожения демократии под предлогом ее защиты. Пока мое слово может дойти до вас, я буду говорить. Не только за себя, но и за 155 тысяч гагаузов», — призывает Башкан автономии Европейский парламент.
Прочитать книгу Башкана Гагаузии «Дело Гуцул. Анатомия политического преследования» можно у нее на сайте www.egutul.com.
